!DESKTOP_VERSION!
Земляной Вал, 9 109004 Москва, Россия
+79165566002

«Этот мальчик очень талантлив. Он может делать то, чего не могут простые смертные»

«Этот мальчик очень талантлив. Он может делать то, чего не могут простые смертные»

Перевод десятой главы о забытом таланте Класса '92 Эдриане Доэрти.

В гостиной своего дома в Левеншалме Фрэнк и Джеральдин вспоминают день в ноябре 1989 года, когда Эдриан Доэрти появился в их жизни. Каким они себе представляли новичка «Манчестер Юнайтед»? Нахальным парнем с гелем на волосах и играющими гормонами?

Фрэнк: «Мы не знали, чего ожидать».

Джеральдин: «Я знала, что он будет не таким».

Фрэнк: «Родителей не было рядом».

Джеральдин: «И это был далеко не Страбан».

Фрэнк: «Отлично, футболист, – думали мы. – Ого! Игрок "Юнайтед". Но он оказался просто милым ребёнком».

Джеральдин: «Он был так юн, когда приехал сюда».

Фрэнк: «Он собирался уехать, не так ли? Он не чувствовал себя как дома».

Джеральдин: «Там, где он жил в первый раз, у него не было семьи».

Фрэнк: «Если бы он вынужден был остаться там, он бы всё бросил и уехал. Не думаю, что он бы там долго продержался. Но с того момента, как он переступил порог этого дома, он обрёл вторую семью».

Джеральдин: «Он действительно чувствовал себя здесь как дома».

Фрэнк: «Парням тяжело приходится в таких условиях. Им не хватает ощущения присутствия семьи. Когда он появился здесь, наш дом стал для него вторым Страбаном. Он сразу обрёл спокойствие».

На Милфорд-драйв не нужно бежать к обеду, соревноваться в поедании тостов, пересматривать по кругу футбольные видео (уж, тем более, и порнографические тоже), и никто не смотрел на него косо, если он решил остаться в постели и поиграть на гитаре вместо того, чтобы сидеть в комнате отдыха в бутсах и смотреть телевизор. Переизбытка тестостерона и бессмысленной агрессии там тоже не было. Было спокойно. Как будто он был в Страбане. Конечно, не всё было идеально, учитывая, что до Клиффа приходилось добираться на двух автобусах, однако подъём на час раньше был ценой, которую стоило заплатить, чтобы почувствовать себя комфортно.

✳✳✳

Эдриана Доэрти тепло встретили, когда он, наконец, вернулся в Клифф. Большинство других приезжих ребят, должно быть, понимали его. Тренерский штаб тоже его понимал, убедившись в том, что это был тот случай, когда необходимо лезть из кожи вон, лишь бы молодой игрок чувствовал себя как дома. Армейские методы воспитания Эрика Харрисона уступили место более мягким по отношению к Доэрти. «У Эрика к каждому был индивидуальный подход, – говорит Брайан Кидд. – Если у кого-то были особенные способности, он нуждался в поощрении. Мы делали всё возможное, чтобы их развивать. Я бы не назвал это особым отношением. Мы просто понимали, что разные игроки требовали разного обращения».

Алекс Фергбюсон и Брайан Кидд
Алекс Фергюсон и Брайан Кидд

Доводы Кидда уместны в случае с Эдрианом. Доэрти имел совершенно другой характер, чем, скажем, Джон Шарплз или Алан Макриви. Когда появляется группа новичков, тренерам присуще желание относиться к ним беспристрастно, никого не выделяя, но это длится только несколько недель до тех пор, пока на первый план не выходят особенности характеров и различные проблемы. Доэрти был одним из тех, о ком нужно было заботиться, хотя бы какое-то время, и тренеры старались доказать ему, что в этот раз он находился в гораздо более тёплой атмосфере. «Чтобы построить команду, нужно пробовать всё возможное, – говорит Кидд. – Не нужно быть самоуверенным крутым парнем с горой мышц. Эдриан был тихим вежливым мальчиком и не доставлял хлопот. Он не витал в облаках. Он был спокойным, но очень талантливым парнем».

В чём с Киддом можно поспорить, так это в том, что даже Хариссон, известный своими руководительскими способностями, смог найти подход к пареньку, которого тренеры звали Доком. «Эрик мог найти общий язык с такими ребятами из Солфорда, как Райан Гиггз, Марк Гордон и Джимми Шилдс, или такими парнями, как Ники Батт, Пол Скоулз и братья Невиллы, но не думаю, что это у него получалось с Доком», – вспоминает Киран Тол.

«В спортивной психологии рассматривают два вида мотивации, – рассказывает Шон МакОули, ныне тренер «Портланд Тимберс» из MLS. – Спортсмен либо мотивирован индивидуальными успехами, либо выполнением задачи. Большинство успешных футболистов в любом возрасте обычно относятся к первой группе. В Эдриане же вовсе не было эгоизма. Такое встречается крайне редко, особенно с такими талантливыми игроками. Он не стремился к личным успехам, и это делало его необычным персонажем для тренеров».

«Мне кажется, Эйди играл в футбол, потому что ему это нравилось и давалось легко, – говорит Киран. – Наверное, бесполезно было от него что-то требовать. Что им двигало? Сложно сказать. Если посмотреть на ребят, которые пробились из "Класса-92" – Дэвида Бекхэма, Ники Батта, Пола Скоулза, Гари Невилла и других, – у них были совершенно разные характеры, но Эрик сумел найти мотивацию для каждого из них. В таком возрасте это редко бывают слава или деньги. У этих парней, скорее всего, это был страх не оправдать надежд. В случае с Доком, ничего не было понятно. Было такое чувство, что если в футболе у него что-то пойдёт не так, то он с лёгкостью развернётся и уйдёт, найдя себе занятие, которое будет приносить ему радость. Даже Эрик Харрисон, который отлично разбирался в людях, не мог понять Эдриана».

Эрик Харрисон и Класс '92
Эрик Харрисон и Класс '92

Харрисон с этим согласен. «Я бы назвал это неопределённостью, – говорит бывший тренер "Юнайтед". – Он был отличным парнем, очень-очень милым мальчиком, но невозможно было понять, что у него на уме. Кажется, он нас слушался – он делал то, что ему говорили, но до конца быть уверенным в этом было нельзя. Он был замкнутым. Он хорошо работал в команде, но ему тяжело было общаться с другими. Всё же он был очень хорошим. И очень стойким. Я никогда не встречал таких мужественных игроков».

Сэр Алекс Фергюсон очень дорожил игроками, которые обладали, как он это называл, физической стойкостью. Это была одна из тех отличительных черт, которой он восхищался в Криштиану Роналду. Райан Гиггз, Брендан Роджерс и другие также говорили об этом качестве, которое в своё время в глазах тренерского штаба «Юнайтед» превращало Доэрти из подающего надежды парня в того, кого, несомненно, ждёт успех. Поначалу все думали, что он мог не проявлять должного рвения, считая ворон в раздевалке, но на поле Доэрти был совершенно иным. «Его могли ударить по ногам, но он продолжал играть и давал отпор противнику, – вспоминает Гиггз. – Он был бесстрашным игроком». Алан Тонг говорит, что на поле Доэрти нередко доставалось, но он снова и снова пытался получить мяч, чтобы сделать из агрессоров дураков. Харрисон соглашается: «Он шёл в борьбу так, что в это сложно было поверить».

Харрисон, возможно, не мог забраться ему в голову, но он точно знал, как важен Доэрти для любой команды. «Как сейчас помню, Эрик кричал с бровки: "Отдай мяч Доку! Доку отдай!"» – говорит Питер Смит. Уэйн Буллимор тоже это помнит и утверждает, что, когда Доэрти или Гиггз переходили из команды B в команду А, её требовалось адаптировать под игру молодых вингеров. Маркус Брамельд говорит, что порой на тренировках остальные игроки чувствовали себя «подопытными кроликами, которых взяли для того, чтобы только эти двое могли развиваться, а не вся команда». Смит говорит: «Это  морально давило на некоторых ребят, потому что у нас была приличная техника, но Эрик обычно говорил: «Отбери мяч и дай пас. Пасуй Доку». А когда ты это делал, и он получал мяч, с этим сложно было поспорить».

«Клифф» - такая желанная тренировочная база для любого мальчишки Манчестера
Тренировочная база «Клифф» - такая желанная для любого мальчишки Манчестера

Карьера Доэрти возобновилась 2 декабря, когда он вышел на замену в победном для команды А матче против резервистов «Аккрингтон Стэнли», завершившимся со счётом 7-0. Неделей позже он забил победный мяч за команду B против «Честер Сити А». «В тот день я осознал, каким он был талантом, – вспоминает Иэн Брантон, другой постоянный наблюдатель за резервом и молодёжью "Юнайтед". – Некоторые его проходы просто завораживали. Помню, он великолепно прошёл несколько защитников и выдал блестящий пас в центр полузащиты. Как только он стал постоянно играть, на него стали обращать внимание. Он уже тогда выглядел игроком основной команды».

✳✳✳

Фрэнк и Джеральдин Мэннинг сразу же привязались к квартиранту, несмотря даже на то, что он был не шибко общительным. «По утрам он постоянно был в спешке, – вспоминает Джеральдин. – Он не мог сесть нормально позавтракать. Выпивал чашку чая и быстро съедал тост перед выходом. Освобождался он часа в два и часто ездил в Манчестер побродить по центру. Порой он смотрел на соборы, музеи и библиотеки (он несколько часов мог провести в библиотеке), но чаще всего он возвращался домой, где проводил время за чтением книг или игрой на гитаре. После работы я готовила ужин, а он говорил мне: "Не беспокойтесь, я наелся в клубе". Он мог опять съесть один тост и всё. Он был очень вежливым, но с нами он не проводил много времени. Ему нравилась его комната, где он мог слушать музыку и играть на гитаре».

«Иногда он заставлял нас поволноваться. Он мог уйти на долгое время поздно вечером погулять в районе Мосс-Сайд. Я ему говорила: "Эдриан, нельзя так делать!" "Почему?" "Да потому что тебя могут там прибить!" Он отвечал, что там орудуют банды, но его никто никогда не трогал. Помню, как-то утром он привёл какого-то парня, который спал прямо на полу. "Кто это, Эдриан?" "Мы познакомились на Пиккадилли. Он из Америки, и ему негде было переночевать". "Эдриан, этого делать нельзя!" Но он никогда не видел ничего плохого в людях. Он всем доверял. Он был таким… необычным. Казалось, что он из другого мира».

Мосс-Сайд

Ходил ли он в церковь? «Здесь – нет, – отвечает Джеральдин. – Первое время в Манчестере он постоянно ходил на мессу. А потом один из священников сообщил кому-то из "Юнайтед" о том, что один из их игроков посещает его церковь. Пожалуй, его могли дразнить за это. Не думаю, что он после этого туда возвращался. С нами, по крайне мере, он никогда не ходил на воскресные мессы».

«Он любил быть один, – говорит Фрэнк. – Но если вы вдруг переходили границы, это могло его сильно расстроить».

Доэрти понимал всё с полуслова. «Он не умел петь, – с улыбкой на лице говорит Джеральдин. – Когда он только приехал, то часто уходил наверх и там пел под гитару, и это звучало ужасно. Я ему говорила: "Эдриан, ты в порядке там? Такой звук, будто тебя там убивают". "Почему?" "Потому что ты не умеешь петь, Эдриан". "О, не умею?" "Да, дорогой. Ты не попал ни в одну ноту". И он пошел искать кого-то, кто бы мог научить его петь. Потому что он мог писать музыку. Он сам учился этому, как и игре на гитаре. Он был умным, очень-очень умным. Не все это видели в нём, потому что он был таким отрешённым. Он просто был очень необычным. Это был приятный парень. Такого от молодого футболиста обычно не ожидаешь. Иногда он просто ходил гулять по вечерам, а порой играл в футбол с ребятнёй, которая жила по соседству. Он никогда не манерничал».

✳✳✳

Дэвиду Фьюри было четырнадцать, когда он, к своему удивлению, узнал, что у Мэннингов поселился молодой игрок «Манчестер Юнайтед». «Мы всегда звали Эдриана поиграть с нами в футбол, – рассказывает он. – Он был очень добродушным. Он заходил к нам на чай. Общаться с ним было легко, но о футболе он говорил нечасто. Ему нравилось играть на гитаре и слушать Боба Дилана и The Monkees. Мы были в том замечательном возрасте четырнадцати-шестнадцати лет, когда у тебя много свободного времени, но нельзя делать то, что делали взрослые, например, ходить по пабам. Я заглядывал к нему в гости послушать, как он играет, или он заглядывал к нам поиграть в компьютерные игры».

То, что Доэрти поладил с четырнадцатилетним соседом гораздо лучше, чем с большинством ребят в команде, не сильно удивляло. Как сказал голкипер первой команды Джим Лейтон, он был «ещё совсем зелёным», когда появился в «Юнайтед». В раздевалке Клиффа он постоянно находился со второкурсниками, которым уже исполнилось восемнадцать, и они, неважно из Манчестера, Шеффилда, Глазго или Белфаста, уже обычно имели большой жизненный опыт или делали вид, что имели, дабы выделяться. В умственном плане Эдриан был хорошо развит, чему способствовала его любовь к чтению, но были времена, когда он чувствовал себя счастливей за игрой в компьютерные игры со своим младшим соседом. «В какой-то степени, он был весьма зрелым, но иногда – обычным подростком, – говорит Джеральдин Мэннинг. – Он был очень невинным».

Джим Лейтон
Джим Лейтон

✳✳✳

Фрэнк Мэннинг был холоден к футболу на протяжении многих лет, но одним воскресным утром он спросил своего юного квартиранта разрешения посетить его игру за команду А «Манчестер Юнайтед» на Литтлтон-роуд. Эдриан Доэрти согласился. «Я понятия не имел, насколько он был хорош, так как он нам ничего не рассказывал и, скажем так, не был похож на футболиста, – вспоминает Мэннинг. – Но, чёрт возьми, когда он получил мяч, это было невероятное зрелище! Его дриблинг был на уровне Джорджа Беста или Уилли Моргана. Помню, как он обыграл трёх защитников, развернулся и мощно пробил точно в угол. Даже рефери ему аплодировал в тот момент».

Игра Доэрти и на тренировках, и в матчах становилась всё лучше и лучше. «Он был прекрасен в каждой игре, – утверждает Маркус Брамельд, другой первокурсник, который в то время начинал пробиваться в команду А. – Он забавы ради мог обежать всех соперников. Да, у него была высокая скорость, но помимо этого те финты, что мы видим по телевизору сегодня, он их делал уже тогда! Порой глаз нельзя было оторвать».

«Он определённо выделялся в своей возрастной группе, – говорит Майк Поллитт, на тот момент второкурсник, который впоследствии выступал в Премьер-лиге в воротах "Уиган Атлетик". – Он был невероятно быстр. Такое редко увидишь. Смотря на него, мы понимали, что у него был лишь один путь – в первую команду».

Молва о прогрессе Доэрти дошла до раздевалки основной команды. «Все обсуждали талант это паренька, – говорит Гари Паллистер, перешедший в то время в «Юнайтед» за рекордные 2,3 миллиона фунтов. – Когда слышишь всё это, приходится оставаться после тренировки, чтобы пойти посмотреть на него и убедиться в том, что они не врут. Вот, что я думал, когда наблюдал за ним в Клиффе: "Этот мальчик очень талантлив. Он может делать то, чего не могут простые смертные"».

Гари Паллистер, 1989 год
Гари Паллистер, 1989 год

Вне поля Доэрти оставался загадкой. Его талант был раскрыт и почитаем, но его характер не мог понять никто. «Это как будто были два разных человека, – говорит Уэйн Буллимор, его бывший сосед по комнате на Лоуэр Броутон Роуд. – На поле он жаждал мяча, хотел выделяться и знал, как он хорош. И он был настоящим бойцом. В жизни же он был совершенно иным. Это был загадочный человек. Ему бы понравилось это услышать, но для меня он был как Боб Дилан. Боб Дилан в футболке с номером 7».

✳✳✳

Одной из главных традиций в «Манчестер Юнайтед» и по сей день является рождественское выступление первокурсников перед игроками основной команды и всем тренерским составом. Пол Скоулз вспоминал, что ему досталась роль одного из семи гномов из «Белоснежки» – наверняка Скромника, иначе режиссёр той постановки чего-то недоглядел. Несколькими годами ранее, в декабре 1989 года, первокурсники решились на инсценировку евангельской истории. Никто уже не помнит точных деталей, но, кажется, Лес Поттс играл роль Марии, а Алан Макриви – роль младенца Иисуса, причём даже не сбрив усы. «Могу ошибаться, так ли точно это было, – говорит Поттс. – Я старался вычеркнуть это из памяти».

Кто-то предложил, чтобы Доэрти сыграл какую-нибудь партию на гитаре. После этого он брал её буквально на каждую тренировку и бренчал на ней в столовой в одиночестве, вызывая недоумение окружающих. Почему бы не сыграть для зрителей? К всеобщему удивлению, он согласился. Да, он готов был сыграть для них. Никаких проблем.

Наступил важный день. Алекс Фергюсон и его тренерский штаб были там. И все игроки первой команды тоже – Брайан Робсон, Марк Хьюз, Брайан Макклэйр, Пол Инс, Гари Паллистер, Стив Брюс и остальные. Помимо них присутствовали игроки резервной команды и второкурсники. Сценка началась и вызывала типичные гул недовольства и насмешки. И вот, пришло время Доэрти. Когда он вышел на сцену, одетый в привычный мешковатый свитер, выцветшие джинсы и поношенные кроссовки, зрители застыли в ожидании. Это обещало быть интересным.

«Поначалу он выглядел испуганным. Это было похоже на X-Factor [британское телевизионное музыкальное шоу талантов – прим.пер.], когда выступающий постепенно привыкает и чувствует себя свободно, – вспоминает Питер Смит. – Он спел очень хорошо. Это была песня Боба Дилана».

«Это была песня "Времена, они меняются" [«The Times They Are A-changin’», песня Боба Дилана, записанная в 1964 году для одноимённого альбома – прим.пер.], – рассказывает Алан Тонг. – Он исполнил её полностью, это было потрясающе. Ему, должно быть, было страшно, потому что там находились ребята из основной команды, а он был юным наивным новичком, но всё прошло очень хорошо. Обычно новичков освистывают в таких случаях, но Доку аплодировали стоя».

«Думаю, ему понравилось, – говорит Джим Лейтон, вратарь первой команды. – Гитара позволяла ему хоть немного раскрыться перед своими товарищами по команде».

«Общаясь с ним тет-а-тет, невозможно было представить, что он на такое способен, – делится Уэйн Буллимор. – Это не было для него естественным, но он вызвал фурор, и, думаю, после этого он стал более раскрепощённым».

Времена действительно менялись.

1 глава | 2 глава | 3 глава | 4 глава | 5 глава | 6 глава | 7 глава | 8 глава | 9 глава

Автор
Оливер Кей
Перевод
Дмитрий Захаров
Редактура
Евгения Шестакова
Эдриан Доэрти Брайан Кидд Эрик Харрисон Джим Лейтон Гари Паллистер

Другие материалы категории «Книги»

Комментарии

Наверх