489

«Он просто смеялся до упаду. Он был смехотворно счастливым ребенком». История Эдриана Доэрти, потерянного гения футбола

Перевод второй главы замечательной книги Оливера Кея

В начальной школе Святой Марии для мальчиков в Страбане Боб Крилли со всей серьёзностью относился к своей должности тренера футбольной команды. «Как полагал директор школы, чересчур-таки серьёзно», – вспоминает он. Крилли руководил двумя командами и во время обеденного перерыва следил, нет ли на игровой площадке юного дарования. Однажды он увидел кое-что совсем неожиданное: 7-летний мальчик мчится между своих одноклассников и ребят постарше с теннисным мячом в ногах, совершая манёвры в таких проходах, которых, казалось бы, и нет. Для тех, кто жил на Бэлликолмен, это было не в новинку, но для Крилли и некоторых парней на площадке это было поразительно. Друг Эдриана Доэрти, Найл Данфи, вспоминает: «Играя на площадке, ты вдруг понимал: «Боже, он в два раза быстрее всех нас».

До этого момента Эдриана знали пока что только как одного из самых смышлёных детей в классе, но не как футболиста. Крилли понял, что он должен обязательно играть в команде, но был шокирован, узнав, что звезде площадки не понравилась эта идея. Почему? «Потому что он был скромным и не хотел выставлять себя напоказ перед всеми, - рассказывает Крилли, разражаясь смехом, который пугал до чёртиков Эдриана и его одноклассников. – Его отцу и мне понадобилось немного поработать над тем, чтобы уговорить его играть».

Как вспоминает Джимми Доэрти, Эдриан волновался о том, что оставит своих друзей и будет играть с детьми из 6 и 7 класса, которые были намного больше его. В конце концов, его убедили. Он стал сенсацией в школьной команде, сначала во втором составе, а затем и в первом. «Он был быстр и стал звездой команды, - говорит Кевин Доэрти. – Люди, которые до этого его не видели, очень удивлялись тому, как хорош он был».

Это также подтверждает Джон Фаррелл, местный рефери, который судил школьные матчи. «Даже когда ему было восемь или девять лет, он был слишком хорош, - говорит Фаррелл. – Он получал мяч и, - качает головой, - я не могу даже описать это. Он был просто волшебником с мячом. Он был как Йохан Кройф».

 

*

Это говорит о спокойном нраве Эдриана Доэрти, ведь его футбольный талант удивлял многих. Футбол всё-таки был заложен в генах семьи Доэрти. Его отец Джимми был искусным левым крайним атакующим полузащитником – таким искусным, что в августе 1963 года он был приглашён попробовать себя в «Миддлсбро». Воодушевление Джимми касательно предложенного 2-летнего контракта поубавилось, когда он узнал, что такой же интерес был проявлен к нему со стороны дюжины клубов. И вместо того, чтобы переехать в Англию, он решил, что для него будет лучше остаться дома, работать на филиале бирмингемского завода по производству проигрывателей в Креггане, изготавливая вертушки для винила, и перейти в «Дерри Сити».

Джимми Доэрти был популярным игроком в свои три сезона за основную команду «Дерри», получив международное признание с любительской командой сборной Северной Ирландии в матчах против сборных Англии, Шотландии и Уэльса и подписав профессиональный контракт. Но начало «Смуты» затянуло клуб в напряжённые отношения между конфессиями, в частности, с Ирландской футбольной ассоциацией, базировавшейся в Белфасте. Проблемы безопасности на стадионе «Брэндивелл» повлекли за собой то, что «Дерри» пришлось играть домашние матчи за тридцать миль от Колрейна, и, в конце концов, покинуть Лигу Северной Ирландии в 1973 году и провести двенадцать лет вдали, прежде чем присоединиться к Лиге Ирландии, южным соседям. Доэрти не остался наблюдать, как в команде всё становится хуже. В конце 1960-ых он перешёл в «Колрейн», а затем -  в «Финн Харпс», проведя в каждом клубе по сезону, но он неохотно устроился на более стабильную работу в качестве рабочего в «Mopack», неподалеку от нового дома в Страбане, перед тем как в 1973 году стать отцом во второй раз.

Джимми Доэрти не требовалось прилагать каких-то необычайных отеческих усилий, чтобы его сыновья играли в футбол. «Они просто начали катать мяч, как и любые другие мальчики по соседству», - говорит Джимми, вспоминая, что у Гарета был прирождённый талант, а у Эдриана и того более. «Вдруг в возрасте восьми или девяти лет талант Эдриана проявился ещё больше, - говорит Джимми, - он забивал голы в каждом матче. Он был необычайно умел, и, в отличие от своего отца, он мог играть обеими ногами. Он действительно выделялся, но мы за многие годы повидали много молодых игроков в Страбане, которые отличались от других, поэтому я не собирался в тот момент предаваться эмоциям».

 

*

Братья Доэрти последовали примеру своего отца и стали фанатами «Манчестер Юнайтед». «Отец всегда рассказывал нам о Мюнхенской трагедии, об игроках, о Дункане Эдвардсе и Томми Тейлоре, которые погибли, о том, как Гарри Грегг героически пытался спасти других парней, - вспоминает Гарет. – Он рассказывал нам о том времени, когда увидел Джорджа Беста, играющего на «Виндзор Парк». Я смотрел футбол, когда бы его ни показывали по телевизору, а Эдриану больше нравилось играть. Ему нравилось быть во дворе, делая что-то».

Когда начались длительные летние каникулы, на которых сложно  найти развлечение для двух чрезвычайно активных старших детей, Джимми Доэрти со своим другом Джимом Девлином решили организовать юниорскую команду, чтобы играть в местном турнире. Они назвали свою команду гибридным именем «Морн Сантос». Имя имело местный и экзотический колорит и показывало любовь Джимми к бразильскому футболу. В своей первой игре за «Сантос» Эдриан, самый маленький игрок на поле, удивил небольшую толпу родителей, пройдя пять или шесть игроков и упав в штрафной. «Все игроки в команде настояли на том, чтобы он пробил пенальти, - вспоминает его брат Гарет. – Он разбежался, но, так как он был слишком мал, мяч едва достиг вратаря. Я до сих пор помню то разочарование на его лице. Но две минуты спустя он принял мяч и снова ринулся в бой».

Игры за «Морн Сантос» продлились недолго, но они дали почувствовать братьям Доэрти вкус организованной игры. После этого они присоединились к более авторитетной юниорской команде Страбана, у которой было обыденное название «Мелвин». Здесь под руководством Лиама Кеннеди организация была более структурирована и серьёзна. Эдриан быстро произвёл сильное впечатление, так как его голы помогли «Мелвину» выиграть несколько трофеев. Как и в начальной школе, они играли против команд не только из Страбана, но и из Дерри и прилегающих территорий. И ещё раз Джимми Доэрти, стоящему у кромки поля, пришла мысль, что, по его скромному мнению, Эдриан, должно быть, лучший игрок в районе среди детей своего возраста.

Эдриана Доэрти интересовал не только футбол. Он занимался всем. Его увлечение телепередачей «Monkey» («Обезьяна») привело к тому, что он попросил зачислить его в местную секцию дзюдо, где его родители с удивлением подметили, что он наслаждался духовным аспектом столько же, сколько и боевым. Ди Дивэйни помнит его, одержимо читающего фэнтези и закончившего читать трилогию «Властелина колец» к девяти годам. Затем было неизбежное помешательство на «Звездных войнах», когда «Возвращение Джедая» попал на большой экран – или, в случае кинотеатра Страбана, на экран среднего размера – летом 1983 года.

Музыка была еще одной страстью, которая захватывала Эдриана, когда тот внезапно пристрастился к «The Police» (любимая песня «De Do Do Do, De Da Da Da»), «Adam and the Ants» и Майклу Джексону. Он пытался копировать танцевальные движения Джексона и даже умолял своих родителей отправить его в Америку, чтобы получить точную копию куртки из «Триллера». «Эдриан настолько увлекся музыкой, что на несколько недель фактически перестал играть в футбол, - говорит Гарет. – Ему было около девяти, и он сказал Бину [Шон Ферри] и мне, что он решил бросить футбол и вместо этого собирался создать группу.  Я думаю, он просто хотел сделать паузу, потому что мы играли с утра до ночи все лето. Наконец, мы играли принципиальный матч против нескольких ребят из другой части Бэлликолмена, и мне было нужно, чтобы он играл. Он продолжал отказываться, пока я, наконец, в отчаянии не предложил ему мои карманные деньги за неделю, 20 пенсов, если он сыграет одну последнюю игру. Он забил победный гол, и это было начало его возвращения. И он стал одержим этим. Он стучал мячом о стену на заднем дворе сотни раз, затем начинал жонглировать мячом, удерживая его в воздухе. Довольно скоро он мог делать это 100 раз, 200, 300. Затем он перешел на теннисный мяч. Снова – 100, 200, 300. Чем бы он ни занимался – футболом, музыкой, чтением, компьютерными играми, чем угодно – он был одержим этим».

Эдриан был ярким мальчиком, ярче, чем его природная застенчивость предполагала. «Он был умен от природы, - говорит его друг Жерар Маллан.  – Он был мастером на все руки, одним из тех мальчиков, которым по плечу любое дело. У него также бывали эти безумные припадки смеха. Он не был шутником класса или что-то в этом духе, но его могло что-то рассмешить, и тогда он полностью слетал с катушек».

Воспоминания об истеричном Эдриане имеют тенденцию вызывать подобные реакции среди его друзей сейчас. «Я имею в виду не просто смех. Я имею в виду смех до такой степени, когда из-за учащенного дыхания ему требовался бумажный пакет, - говорит Нил Данфи. – Он просто смеялся до упаду. Он был смехотворно счастливым ребенком».

Казалось, счастливее всего он был, когда затыкал за пояс своих противников на футбольном поле. По словам Боба Крилли, он был «машиной по забиванию голов», в то время как школа Святой Марии безостановочно шагала к титулу Лиги начальных школ города Дерри и Округов. Это был момент гордости для мальчиков, запечатленный на камеру Хрониками Страбана. «Вон там я с намного большей шевелюрой, чем у меня сейчас, - говорит Кевин Доэрти, передавая фотографию чемпионской команды. – Я был капитаном, но только потому, что это был вопрос того, кто мог кричать громче остальных. Вон там Ди Дивэйни. А вот тут ваш парень. Это Эдриан. И я только что вспомнил кое-что странное. Мы получили эти маленькие пустяковые медальки в полиэтиленовых пакетах, и Эдриан, по какой-то причине, проходил фазу жевания пластика. Я помню, как потом спросил его: «Где твой маленький пакет для медали?» И он съел его».

У Эдриана Доэрти и его товарищей по команде развивался вкус к успеху. Как будто титула Дерри и Округа не было достаточно. Они начинали мечтать, что их забивная звезда в свой последний год перед переходом в среднюю школу может привести их к триумфу в Кубке начальных школ Северной Ирландии. Они прошли через 1/8, но были биты 2-1 будущими победителями, школой Святого Антония из Крейгавона, в четвертьфинале. Сквозь туманы времен есть даже несколько смутных воспоминаний о том, что Эдриан мог упустить хороший шанс сравнять счет в концовке. Он не был совсем непогрешим как футболист, но именно так и начинало казаться.

Жизнь менялась для Эдриана Доэрти. Теперь у него появился младенец-брат Питер, и семья оставила позади Бэлликолмен ради чуть большей недвижимости в новом имении «Карлтон Драйв». Кира была в восторге: теперь у нее была своя спальня, но ее старшие братья были против этого переезда. «Оно было всего примерно в десяти минутах ходьбы от Бэлликолмена, но для нас это было как десять миль, так как мы оставляли своих приятелей позади, - говорит Гарет. – Но мы завели много новых друзей, да и Кевин Доэрти жил вверх по улице. Что действительно побудило нас пойти на сделку, так это то, что мы могли выйти через нашу заднюю калитку, пройти двадцать шагов и открыть ворота к идеально ровному газону. Это был наш собственный «Олд Траффорд».

То лето 1984 года было проведено за игрой в футбол, просмотром Олимпийских игр, попытками повторить подвиги Дэйли Томпсона в легкой атлетике, будь то на улице или на ZX Spectrum, и попытками избежать запаха подгузников. Затем пришло время присоединиться к отъезду из школы Святой Марии в среднюю школу Святого Колмана, где Эдриан будет маленькой рыбкой в гораздо большем пруду.

Школьные друзья Эдриана Доэрти – милые, дружелюбные люди, которые производят приятное впечатление. Кевин Доэрти работает в сфере управления частными капиталами в Канаде; Джерард Маллэн – учитель в средней школе в Уэст Мидлэндс; Ди Девенни – специалист по программному обеспечению в Дублине; Найл Данфи – финансовый директор в международной компании в Лондоне, которая специализируется в сфере развлечений. Из тех, кто остался в Северной Ирландии, Брайан МакДжиллион занимается продажей автомобилей и Мик Винтерс, к большому удивлению своих друзей, работает инспектором полиции. Все из них полагают, что Эдриан был самым смышлёным, он был талантлив не только на футбольном поле. «По правде говоря, он был самым талантливым парнем, которого я когда-либо встречал, - говорит МакДжиллион. – Что бы он ни начинал делать, он во всём преуспевал».

Последнее не совсем правда. У друзей Доэрти есть список вещей, в которых он был ужасен. Кевин Доэрти выделяет плавание («один из нескольких людей, которые плавают хуже меня», «единственный заплыв, который мы бы выиграли, был бы прямиком ко дну») и вратарскую игру («самый ужасный вратарь, которого я видел в своей жизни», «парень, который был так талантлив в игре ногами, совсем не мог пользоваться руками»).

Этим можно объяснить недостаток мастерства в умении пользоваться карандашом или ручкой. «О, его почерк, - говорит Данфи. – Он был ужасен. Затем его способности в рисовании. Это было жутко! Его рисунок «Марафонская битва» легендарен! «Боже, Эйди, что это?!» Но остальная учёба давалась ему легко. Честно говоря, ему с лёгкостью давались многие вещи. Он был таким вот».   

*

Один из самых известных концертов, когда-либо проводимых в Ирландии – Брюс Спрингстин в Замке Слейн, графство Мит, 1 июня 1985 года. Джимми Доэрти точно знал, что он и его парни будут там. «Это был наш первый концерт, - вспоминает Гарет Доэрти. – Спрингстин вживую, на открытом воздухе, 80 000 людей, тур «The Born in the U.S.A.». Футболки, джинсовые куртки, причёска «маллет». Мы выглядели соответствующе».

Музыка уже тогда играла важную роль в жизни Эдриана Доэрти. «Мы ходили на Майкла Джексона и на группу «The Police», когда он был помладше, а затем мы вместе пошли на Спрингстина, - говорит его старший брат. – В это время он начал играть на гитаре, ему было где-то двенадцать или тринадцать лет. Затем старания моего отца дали о себе знать, потому что я помню, как, возвращаясь домой после школы, можно было услышать только Боба Дилана, которого Эдриан исполнял на всю громкость».

Лето 1985 года было незабываемо для Гарета и Эдриана. Во время школьных каникул они впервые отправились за границу: полетели в Калифорнию со своим кузеном Шоном Ферри навестить своего дядю Пэдди, тётю Джоан и кузенов Кевина, Денниса и Алану в их доме в Бёрлингейм, неподалёку от Сан-Франциско. Он ходили в различные парки аттракционов: «Disneyland», «Great America» и «Ponderosa Ranch», которые отличались от парка развлечений «Barry’s Amusements» в Портраше, и ездили на озеро Тахо. Когда они вернулись домой, им завидовали все друзья, ведь они посмотрели «Назад в будущее» (дважды) до официального показа в Соединённом Королевстве. Эдриан отправил своим родителям открытку из «Disneyland», предупреждая, что Страбан будет казаться очень скучным, когда они вернутся домой. Он написал, что проводит «классные» каникулы, аттракционы были «потрясающими» и что они увидели «Микки Мауса и всех этих парней». «Он говорил это спустя только два дня, проведённых там, - говорит Гарет. – Всё было «потрясающим», «невероятным» и «чумовым». По возвращению домой это прошло».

Одним из важнейших воспоминаний Ферри из этой поездки было ещё одно подтверждение спортивного таланта его 12-летнего кузена. «В первые два дня Эдриан был полностью без сил из-за смены часовых поясов, - говорит он. – Мы играли в баскетбол, а он просто лежал в тени возле корта и не мог присоединиться. На третий день мы полагали, что мы стали лучше играть, но потом Эдриан оправился, и сразу же, никогда ранее не играя в баскетбол, был почти так же хорош, как и местные парни. Меня тогда коробило от того, что он был хорош в любом виде спорта. Во что бы он ни играл – футбол, гольф, снукер, баскетбол – он всегда был великолепен».

*

Эдриану не понадобилось много времени, чтобы сделать себе имя в школе Святого Колмана. Он собирал толпы народа, когда набивал мяч на игровой площадке, он набивал сотни раз, и причем теннисным мячиком. Его подвиги на гэльском футбольном поле не всегда были хороши. Джон Тинни помнит, как он разгневал учителя, пробежав вдоль гэльского футбольного поля с мячом на голове, как тренированный морской лев. Ди Девенни вспоминает, как он проходил всех на поле и затем забивал головой с навеса. «До сих пор Эдриан остаётся единственным игроком, которого удалил с поля собственный тренер, - говорит Брайан МакДжиллион. – Он просто отказался использовать руки, когда мы играли в гэльский футбол просто потому, что он хорошо играл ногами, ему не нужно было это. И преподаватель удалил его с поля и оставил играть свою команду без одного игрока».

«Нам неинтересен был гэльский футбол. Мы все были помешаны на футболе, - вспоминает Девенни. – Эдриан всегда был хорош, когда мы учились в младшей школе. Я играл с ним в юношеской команде «Мелвин» с одиннадцати лет, уже тогда он выделялся. Затем он стал ещё лучше».

«Он выглядел спокойным и скромным, - говорит Тинни, - но когда он выходил на футбольное поле, он становился Кларком Кентом, который превращается в Супермена. Казалось, что у него появлялись сверхспособности, когда он надевал свою футбольную форму».

«Я всегда говорил Эдриану, что он разрушил мою футбольную карьеру, - говорит Гарет Доэрти. – Где-то в середине 4 класса тренер нашей команды U15 сказал мне, что собирается пригласить Эдриана в кубковый матч. Такого ещё не было. Ему было только двенадцать. Его поставили в запас, а я играл справа. Затем он вышел и начал играть справа, а меня передвинули в атаку. Думаю, что он сравнял счёт за 10 минут до конца матча. Как по мне, я совсем не мог играть в атаке, поэтому Эдриан стал тогда звездой команды U15 в возрасте 12 лет, и вот тогда начинаешь думать: «Знаешь, что? Мой маленький братец становится очень хорош».

Перевод: Лёля Голуб, Алишер Багдатов

Редактор: Евгения Шестакова